Начало попыток выхода после 2022 года
Начиная с начала полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году Raiffeisen Bank International рассматривает выход с российского рынка. Это решение требует сложных согласований с разными сторонами и не может быть выполнено за один шаг, поэтому процесс продолжается уже несколько лет.
Генеральный директор Майкл Геллерер прямо говорит, что банк стремится покинуть страну как можно скорее. В его словах содержится и уверение, и предостережение одновременно: он сообщает Reuters, что не получал от российских властей прямых заявлений об экспроприации, но признаёт риски такого развития событий.
Шаги и неудачные попытки продажи подразделения
За эти годы банк предпринимал несколько попыток продать свой российский бизнес. Ни одна из сделок не завершилась успехом, а переговоры усложнялись необходимостью получить согласование со стороны российских регуляторов и других инстанций.
Геллерер прямо сказал, что если бы он мог выйти из России завтра, он бы это сделал. В то же время руководство признаёт возможность введения внешнего управления или даже экспроприации западных компаний в России и учитывает этот риск при планировании дальнейших шагов.
События в России и прецеденты госуправления
В этом месяце Россия передала под государственное управление активы немецкой розничной сети Metro. Ранее похожие меры применялись в отношении швейцарской группы Nestlé и французского Auchan. Кремль в каждом случае объяснял действия якобы ответом на враждебные шаги со стороны недружественных стран.
Такие прецеденты заставляют западные компании оценивать не только коммерческие, но и политические риски. Для банка это означает, что даже при отсутствии прямого заявления об экспроприации общий контекст усиливает желание срочно завершить присутствие на рынке.
Судебные споры и замороженные активы
Параллельно продолжаются судебные процессы по связанным делам. Региональный суд в Вене заочно обязал российскую компанию Rasperia выплатить Raiffeisen Bank International около €3,15 млрд, эта сумма упоминается в решении и эквивалентна $3,60 млрд.
В перечне замороженных активов под санкциями ЕС фигурирует 28,5 млн акций строительной группы Strabag, дивиденды начислены с 2021 года и средства от сокращения капитала, проведённого в марте 2024 года. Эти позиции влияют на расчёты по возмещению и на ликвидность, которая может быть доступна банку в будущем.
Последствия для клиента и мелкого инвестора
Для обычного вкладчика и мелкого инвестора главные риски связаны с изменением доступности услуг и возможными сборами в случае перевода активов под другое управление. Если банк покинет рынок, клиентам придётся искать альтернативы для сохранения счетов и платежей.
Также инвесторы, следящие за банковским сектором, должны учитывать, что судебные претензии и блокировка активов могут влиять на капитал и дивиденды. Экспроприация означает принудительное изъятие имущества государством, а внешнее управление подразумевает установление контроля над деятельностью компании без полного лишения собственности.
Что это меняет в решении Raiffeisen
Текущая позиция банка ясна: он не видит прямых доказательств экспроприации, но не теряет настойчивости в поиске путей выхода. Комбинация правовых решений, санкций и политического давления будет определять темпы и способы завершения присутствия на рынке.
Для инвестора это сигнал проверять политические риски наряду с финансовыми. Даже когда нет прямой угрозы экспроприации, запущенные процессы и замороженные активы могут замедлить получение компенсаций и изменить инвестиционный профиль банка на ближайшие годы.
