Какие объемы Россия пообещала поставлять и как это описано
По условиям соглашения Россия должна поставить на мировой рынок дизельное топливо в трёх траншах. Немедленно запланировано 300 тыс. тонн, в ноябре ещё 500 тыс. тонн, а в декабре 1 млн тонн.
Даже большая ноябрьская поставка объёмом 500 тыс. тонн составит менее чем 4% мирового спроса на дизель. Из‑за этого аналитики считают, что такая серия поставок вряд ли существенно повлияет на глобальные розничные цены для потребителей в США и других странах.
Механика поставок и от чего зависит состояние НПЗ
Соглашение предусматривает конкретные грузы в указанные сроки, но от физической возможности экспорта зависит состояние нефтеперерабатывающих заводов (НПЗ). Часть заводов подвергалась атакам украинских беспилотников, и это уже создало проблемы с бензином, тогда как ситуация с дизелем иная.
Чтобы понять цепочку от решения до поставки, полезно рассмотреть механику шаг за шагом.
- Оценивают производственные мощности НПЗ и резервы дизеля, чтобы определить, какие объёмы высвобождаются для экспорта.
- Правительство или компании решают, отменять ли или смягчать экспортные ограничения, чтобы разрешить отгрузки на внешние рынки.
- Экспортёры организуют логистику судов и маршруты с учётом геополитических рисков и портовых мощностей.
- После отгрузки грузы поступают на мировой рынок, где они конкурируют с другими поставками и влияют на локальные цены в зависимости от масштабов.
По оценке Сергея Вакуленко, бывшего руководителя стратегического отдела «Газпром нефть», который ныне работает в Центре «Карнеги — Россия — Евразия» в Берлине, российские НПЗ производят около 5,8 млн тонн дизеля в месяц. В зависимости от ситуации на рынке для экспорта может быть доступно от 1,2 млн до 2 млн тонн ежемесячно.
В то же время Москва ограничивает экспорт топлива. Запрет на экспорт бензина продлён до 31 января 2027 года. Ограничения экспорта дизеля пересматривают и продлевают в зависимости от внутренней ситуации и сезонного спроса.
Влияние на мировые цены и на российский бюджет
Даже если Россия отгрузит заявленные объёмы, это вряд ли нарушит рынок из‑за относительно небольших дополнительных поставок по сравнению с глобальным спросом. Поэтому потребители в США и других странах вряд ли почувствуют существенное снижение розничных цен.
Аналитики оценивают возможный финансовый эффект для российских экспортеров и для федерального бюджета. Если бы Россия экспортировала 3 млн тонн дизеля ежемесячно, то за полгода экспортеры могли бы заработать примерно на $1,2 млрд больше, чем при сохранении действующих ограничений. Дополнительные поступления в федеральный бюджет по той же оценке составили бы примерно $100 млн.
Итак, соглашение может частично увеличить предложение дизеля на мировом рынке и принести прибыль экспортным компаниям. Однако масштаб объявленных поставок и текущее состояние НПЗ вряд ли позволят существенно сократить глобальный дефицит или заметно снизить цены для конечного потребителя.
Здесь дефицит следует понимать как нехватку топлива на рынке, которая давит на цены и на доступность продукта для конечных пользователей. Размер и продолжительность такого дефицита зависят от производственных мощностей и политических решений по поводу экспорта.
